Материалы краеведа В. Д. Ганькина

ruenfrdeelitptsres

Вопрос расшифровки фамилий - дело интересное, но и не менее трудное, а так­же и спорное. Наверняка среди читателей есть редкие знатоки, которые имеют свою точку зрения на происхождение тех или иных фамилий. Думаю, что на страницах «Городка» они могут высказать свое мне­ние о нерусских фамилиях. Бесспорно то, что до прихода русского населения на Урал эти места уже были заселены - здесь проживали башкиры, которые вели по­лукочевой образ жизни, марийцы, кото­рые двумя путями через Кунгурские и Башкирские земли из-за возможных при­теснений дошли до Каменного пояса, уд­мурты, предки которых поселились ком­пактно в нескольких местах.

То, что русскоязычное население сплошь написано татарами, это (мягко выража­ясь) элементарное упрощение. На самом деле еще при подворной переписи 1888-1891 гг. четко различали башкир-вотчин­ников, наиболее привилегированную группу населения, с согласия которых (как правило, по договору) допускалось на их земли все пришлое население, так называ­емые «припущенники» - это и марийцы, и их заземельные соплеменники, а много позже и русское население.

По моим записям получается, что в Красноуфимском районе, например, Бишково - деревня чисто из вотчинников-башкир, а такие деревни, как: Куянково, Сызги, Усть-Баяк - представлены из башкир-вотчинни­ков, башкир-тептар, башкир-мещеряков и татар, а в таких деревнях, как: Большой Турыш, Тохтамыш, Еманзельга - прожи­вают потомки казанских татар, которых сдвинула с места окончательная ликвида­ция государства поволжских татар в 1552 году. Поэтому следует различать фамилии башкир коренных и пришлых, а также та­тар поволжского происхождения.

Говоря о марийских фамилиях, следует четко помнить, откуда они пришли: по се­верному или южному пути, а также то, что среди них встречаются древние фамилии, которые упоминают об их поволжской родине. Много тюркских фамилий в деревнях, предки которых пришли с башкирских зе­мель (их и называли тептярями), а большин­ство фамилий образовано в недавнее время при вступлении в колхоз, при переписях, при призыве в армию. Надо помнить, что в правильном написании марийских фамилий огромная масса искажений.

В дополнение по русским фамилиям надо сказать, что население той или иной дерев­ни пришло с какого-то другого места, по характерным фамилиям можно опреде­лить их предыдущее местожительство, это, как правило, Прикамье: Суксунский, Кишертский, Кунгурский районы, вплоть до Очера, Осы и Чердыма. А также надо знать, что русское население пришло не в один день и не один год - существует огромный разброс в датах основания, к тому же в одной и той же деревне, селе могут быть выходцы из разных мест, так, например, Русская Тавра образована в 1815 году новоселами из Сухановки, Ачита, Стадухиной и Больших Ключей. Такая же картина по Манчажу, Сажино, Могильниково.

Подробнее: Кое-что о фамилиях

«Знаешь ли ты, что в Оренбурге зарезали Хлопушу.
Знаешь ли ты, что Зарубин в Табинском остроге,
Наше войско разбито вконец Михельсоном...»

 С. А. Есенин. Поэма «Пугачев»

В прошлом году исполнилось 230 лет тому, как Красноуфимская крепость оказалась вовлеченной в события последней крестьянской войны Е.И. Пугачева, который был казнен в Москве 10 (21) января 1775 года. Смута, вспыхнувшая на далеких окраинах империи, среди неспокойных яицких казаков, да под знаком самозванства, была очень некстати: русская армия стояла на южных позициях в очередной войне с турками, в личном плане для императрицы Екатерины IIвоскрешение имени ее супруга было оскорбительно, да особо и не ожидали большого размаха событий. Когда после взятия и разорения целого ряда приграничных крепостей, осады губернского города Оренбурга,безжалостных зверств в отношении пленных офицеров и их семей, стихийного охвата мятежом все новых территорий с ненадежным населением, в Москве спохватились, то потребовалось использование больших сил, в том числе кадрового состава регулярной армии. Был назначен командующий, им стал генерал-аншеф Александр Ильич Бибиков (1729-1774 г.г), после его смерти эту должность занял граф и генерал-аншеф Петр Иванович Панин (1721-1789 гг.).

На начальном этапе были приняты меры оборонительного характера. Вот как это описывал А.С. Пушкин: «Наконец войска, отовсюду посланные противу Пугачева, стали приближаться к месту своего назначения. Бибиков устремил их к Оренбургу. Генерал-майор князь Голицын со своим корпусом должен был заградить Московскую дорогу, действуя от Казани до Оренбурга. Генерал-майору Мансурову вверено было правое крыло - для прикрытия Самарской линии, куда со своими отрядами следовали майор Муфель и подполковник Гринев. Генерал-майор Ларионов послан был к Уфе и Екатеринбургу. Декалонг охранял Сибирь, и должен был отрядить майора Гагрина с одной полевой командою для защиты Кунгура. В Малыковку послан был гвардии поручик Державин, для прикрытия Волги со стороны Пензы и Саратова», - выходит, обширная территория мятежа была «обложена» с пяти сторон. Командующие этими направлениями действовали против повстанцев зачастую по своему усмотрению. Особенно пассивен был генерал Ларионов, поэтому он был по сути смещен и заменен Иван Ивановичем Михельсоном, которого А.С. Пушкин назвал «грозным гонителем Пугачева»: так удачно действовал его отряд.

В прежние годы не было принято особо освещать жизнь и деятельность екатерининских военачальников, действовавших против Е.И. Пугачева. Поэтому попробую восполнить этот пробел.

... Михельсоны - из шведских военных. Его дед, Иоган Михельсон, был капитаном в армии Карла XIIи пал на поле брани при Полтавской баталии в 1709 году. Отец, Иван Иоганович, был уже полковником русской службы. Сын его, Иван Иванович, родился в Лифляндской губернии в 1740 году (точная дата не известна), у А.С. Пушкина годом рождения указан даже 1735-й.

Получил домашнее образование. В 1754 году зачислен рядовым в лейб-гвардию (Измайловский полк). В феврале 1755 года из сержантов лейб-гвардии произведен в офицеры и переведен поручиком в 3-й мушкетный полк. Участник Семилетней войны 1756-62 гг., дважды был тяжело ранен и окончил войну в чине капитана. В 1770 году за отличия в боях против турок на Днепре его отметили чинами секунд-и премьер-майора; отличался в сражениях при Лари и Кагуле, при Измаиле. В 1771-72 годах участвовал в боевых действиях в Польше. В марте 1772 года произведен в подполковники, а в сентябре того же года определен на службу в Санкт-Петербургский карабинерский полк. Приобрел широкую известность при подавлении восстания Пугачева.

Подробнее: Грозный гонитель Пугачева

Давненько это было. В те времена, когда на малообжитый Восток протянулась единственная дорога Государева с Москвы вдоль Волги, затем поворачивала на Пермь Великую, после шла в сторону Пояса Каменного и заканчивалась в сибирских землях, в губернском Тобольске. Долгая и трудная это была дорога, но и опасная.

Пожалуй, это было во времена Екатерины. При ней дорога на Сибирь, по нашим землям свернула еще южнее и шла почти по сегодняшнему маршруту: Кунгур-Суксун-Быково-Ачит-Екатеринбург. До того же для защиты от набегов южных неспокойных соседей были построены крепостницы - Ачидская (первоначально писалось так), Бисертская (где теперь село Афанасьевское), Кленовская, Киргишанская.... Тогда-то и на близком расстоянии от опасной переправы, по которой шли на разбойничий промысел степные племена (почитай, начиная со спада воды на реке Уфе и до глубокого снега), была в числе последних построена крепостница, получившая в окончательном виде название «Красноуфимская».

И вот на этой дороге на всем ее протяжении «пошаливали» разбойники.

Любопытный читатель наслышан об этих происшествиях. Так вот, я изложу одну из них. Повторяю, при Екатерине это было, еще до Пугачевщины. За Тюшинским мостом есть гора под названием Атамановская. Так вот в этой округе и разворачивались все эти события.

Проезжий народ знал, что дорога по ту и другую сторону моста через речку Тюш считается чрезвычайно опасной. Что говорить о простом человеке, купчишке средней руки, инженеришке командированном, курьере министерском, если сам начальник горных заводов Урала В.Н.Татищев спасовал: будучи предупрежденным на местных станах, предпочел продвигаться на государеву службу только в дневное время, а было это в декабре 1720 года.

А место (съезди, посмотри) было до смешного выгодным для разбойничьего промысла: дорога с упомянутой горы и в сторону Афанасьевска, что в Кленовскую сторону, просматривалась отлично. К тому же этот злополучный мост никак нельзя было миновать. Одинокий ли возок едет, или собрались для емкости в парочку-две, картина была одна: появится дымок сигнальный на горе Атамановской, у путников душа уходит в пятки, на мосту встречают с двух сторон разбойники добычу с пистолями и кистенями. Такие «шалости» длились не год и не два. Позже стали ответственные обозы сопровождать из местных гарнизонов, но и эта новинка не отпугнула никаких людей. Беззащитный возок они встречали аккуратно, на разбой выходили почти ежедневно. Были, правда, смельчаки, которые проскакивали это место.

Не обошлось в этом «прибыльном» деле и без сообщников из тех же крепостей и селений, так как что в обозе знали они заранее.

Подробнее: На Государевой дороге

Сейчас никого не удивишь пестрой картиной доморощенного бандитизма. Все есть и на любой вкус: для обывателя - телепередачи, для профессионального обучения - фильмы, для наглядности - шикарная жизнь братвы и их ставленников у власти, возле лакомых кусков раскромсанной экономики. Такая беззаботная жизнь, которая зачастую с первого раза заманивает в бандитские ряды молодежь, совращая от честного труда, за что сегодняшняя власть платит копейки, обдирая народ, за его счет шикуя. Для обыденной жизни - орды люмпенов, которым жизнь другого - копейка, которые на всем протяжении матушки России «дербанят» квартиры и дома, устраивают рейды на коллективные сады, потрошат сарайки и гаражи, домушничают и карманят. Что говорить, что дорожный разбой вернулся из забытого прошлого.

Нечасто какой читатель помнит те времена, когда среди ее лучших людей искали «врагов народа» (правда, тоже действовали по варнацким правилам - хватали по доносам, являлись ночью), так вот эти «специалисты» по жандармской части в серьезных делах обмишуривались.

Помнит, может, кто два послевоенных случая, что случилось в поселке Бисертский завод.

Сначала приключилась таинственная история с директором «номерного» завода Тенегиным. Он по причине слабости ног имел выезд: утром ли, на обед, вечером после работы до дому добирался на заводской подводе, то есть не слишком емкий был на своих нижних конечностях.

В тот злополучный день он ждал какого-то неотложного разговора с министерством, поэтому в обеденный перерыв народ рабочий и служащий разошелся, кто по домам, кто в заводскую столовую, а директор остался дожидаться звонка из Москвы на рабочем месте. Надо сказать, что порядки на заводе были строгие: по сути была двойная пропускная система - одна на вахте, на проходной, а другая внутри территории, к которой относилась и контора предприятия. Вот раздается звонок из столицы на телефоне директора, а его в этот момент на месте не оказалось. Давай искать его по кабинетам, по территории, по цехам - испарился директор бесследно: на вахтах охрана его не видела, чтобы он вышел за пределы завода, все утверждали, что в последний раз видели его на служебном месте. На другой день нашли его бездыханным за территорией завода, в caраях, где сушили кирпич-сырец. К расследованию подключились «органы», прокуратура, проводили неоднократный опрос всех служащих, охраны, словом, искали малейшую зацепку, но все старания были напрасны, так и осталось загадкой, кто и зачем организовал это смертоубийство. Была версия по женской части: дескать, в этом деле замешана «левая» подруга, которая и выманила Тенегина в тот caрай (эта догадка нормальному человеку в голову не придет: человек совершенно слабый на ноги и гулевый при живой жене). Особо приставали к семье В., сыновья которого, будто бы грозились отквитаться за честь поруганной сестры. Однако алиби этих самых братьев было железное.

Стоит напомнить, что в те годы поселок Бисерть был районным центром, поэтому были в поселке все соответствующие району учреждения. Уголовным розыском, например, ведал Окулов в чине старшего лейтенанта. Так вот случай с этим милицейским чином - тема второго сюжета. По каким-то делам этот самый Окулов ездил в область, в свое серьезное учреждение. Тогда уже ходил памятный всем пригородный Свердловск-Красноуфимск. Посельчане видели оперуполномоченного и в вагоне, и сходящим с поезда. Его должна была встретить служебная машина, известный всем «воронок», но по какой-то причине автомобиль к пригородному не приехал. Пришлось идти пешком, а это надо дошагать до пруда, а затем по известной тропинке через пруд (дело было зимой) до районных учреждений. И что ты думаешь, на этом промежутке исчез начальник «уголовки». Будто бы слышали какой-то крик на заводском пруду. А обнаружили этого самого Окулова в Свердловске (на «Плотнике») убитым, и что странно, при нем были и личное оружие, и документы, и железнодорожный билет. По этому случаю приезжала бригада из МУРа, копались они долго, но результаты были нулевые. Так и осталось загадкой, кто и как умудрился устроить такие смелые душегубства.

Подробнее: Разбойничьи рассказы

«Соколочек, да милый брателько,
Ты куда же наряжаешься,
Ты куда же сподобляешься,
Вокакую да путь-дороженьку?»

(Из старинной песни-причета).

Из воспоминаний М.В. ПЫЛАЕВОЙ, жительницы ст. Бисертский Завод:

- Только когда задвигались поезда по Казанбургской железной дороге, научились мы по ней ездить. А до этого быстрей конского транспорта не было. Насмотрелась я на Московский тракт: летом пыль, стоны, а осенью грязь непролазная. Что только не везли по нему, кто только не проезжал!

Жизнь ведь состоит из встреч и расставаний. Обычай был такой - провожать до определенного места при больших случаях, особо, если не по своей воле приходится покидать наши бисертские места.

Если судьба поневоле вынуждает держать путь уездный Красноуфимск, а это 100 верст, то расставались в трех верстах, на горе, которая так и называется - Расставанная. А если путь предстоит в сторону Катеринбурга ратникам бисертским, то проводы превращались в большой праздник. Получив загодя рекрутские извещения, будущие солдаты Царя и Отечества с показным шумствомгуляли несколько дней по поселку, отводили душу на тех самых топотушках, вгоняли в грусть своих ухажерок. В день отправки наслушивались они нравоучений от дедов, бабуль и бывалых солдат. Напрягались подводы, и по команде в назначенoeвремя вся эта шумная и не вполне трезвая компания двигалась в путь. На телеги садились посемейно: обычно на подводы снаряжались брательники, сестры, друзья-товарищи. Не одна гармонь выводила грустные мелодии, особенно женские глаза не высыхали от слез. Да и как было не плакать: почитай, с каждого поколения оставались убиенными на чужих землях наши бисертцы.

О войне японской слышала я, только что мала была. А вот когда грянула первая германская, то сама не раз провожала своих родичей на далекую войну. На многих из них пришли похоронки горестные, кой-кто вернулся израненный, а кто и справный, так их, не по их воле, закружил водоворот гражданской войны.

Так вот я говорю, что рекрутов на войну провожали за десять верст. Вот проезжаешь ты на поезде пассажирском мимо станции Солдатка. Почему так названа?

В мои девичьи годы путь железный только еще строился, а место называлось «на Сибирском тракту». Тут вот и расставались мы с рекрутами. Грустное было зрелище: плачем, народ обнимается ... А дальше уж новобранцы царские едут на горнозаводскую дорогу - на Билимбай ли, Шайманский завод.

После, когда Казанбургская дорога начала выправляться, железнодорожное начальство стало давать названия остановкам. Для станции, где принято было разлучаться с заводскими рекрутами, название было готово - Солдатка. Суди сам: до места разлуки ехали жены, невесты, а возвращались уже солдатками.

Записал В. УРЖУМОВ.

Уржумов В. Откуда название «Солдатка»?/ В. Ганькин // Вперед. - Красноуфимск, 1999. - 22 сент. - С. 3.

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube