Персоналии

 
 
ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

Серые холодные облака, торопясь и меняя очертания, плыли-бежали на юг. Их подхлестывал сильный ветер, стремительно срывавшийся с угрюмого Полюда, в ясную погоду легко различимого в волнообразной горной гряде. Вслед за облаками сиротливо тянулись косяки журавлей. Журавли жалобно курлыкали, будто жалуясь, что обгоняет их ветер.

Маленький мальчик, зябко поеживаясь, стоял на улице большого северного села Вильгорт, глядел на небо, на журавлей, на серые, как облака, деревянные дома, что вытянулись длинной улицей, упиравшейся в лес. Может, именно в то осеннее утро незаметно вошло в него желание понять движение: согласить кондовую неподвижность домов, казалось, с самой землей появившихся на свет божий,— с озабоченным и неуемным бегом облаков, со стаями птиц, улетающих вдаль.

Шел первый год нового столетия. Сын местного священника, четырехлетний Костя Боголюбов, недавно приехал на север. Все было ново, все влекло к себе, вызывало настойчивый интерес.

Места, где прошли его школьные годы, были полны стародавней старины. Здесь еще сохранилась степенная северная речь с горластым новгородским «о», принесенная ушкуйниками, которые «бегали» когда-то от стен кремля на Волхове до Камня, как именовали тогда Урал. Жили здесь легенды, предания, свадебные песни, сохранившие печать давно ушедшего времени, но за душу хватавшие и сейчас, полные неизъяснимой красоты. В пословицах цвела накопленная народом вековая мудрость. Здесь не бросались словами на ветер, ценя их внутреннее содержание.

В народной памяти хранились рассказы о набегах ногайцев, вогульского князя Асыка, тюменского Кулук-Салтана, чье «злохитрое коварство» приносило много бед «голутвенным людишкам», бежавшим на Урал от смут, бед и разорений Московского государства. Жили предания о том, как был сослан Борисом Годуновым в Ныроб Михаил Романов, попавший в опалу, а в церкви хранились кандалы, которыми был он «отягчен» в «узилище».

О Руси, уходящей в историю, говорили потемневшие от времени деревянные церкви в округе, величественные, узорочьем изукрашенные храмы Чердыни. Врастали в. землю дома, построенные еще при московских воеводах. Кичливо возвышались городские каменные палаты, а в окрестных селах стояли столь же древние, сложенные изтолстых и прямых, как струна, лиственниц, крепкие избы с высокими коньками, причудливой резьбой.

По-старому, ушкуйному, грабили север чердынские купцы, и были они сами словно частью старинной истории.

Историей был пропитан воздух чердынского края, ставшего настоящей родиной Константина Васильевича Боголюбова, хотя и родился он в селе Александровском возле Красноуфимска. Это было 23 августа 1897 года.

Подробнее: Дорогами истории

ПОГОРЕЛОВ, Алексей [псевд.; наст. имя и фам. — Алексей Сергеевич Сигов; 10(22).II.1860, Пермь, — 20.I.1920, Ставрополь] — рус. писатель. Происходил из уральских горнозаводских крепостных. Окончив в 1880 Пермское реальное училище, П. переехал в Петербург и поступил в Ин-т гражд. инженеров. Став членом «Народной воли», он вместе с П. Ф. Якубовичем вел работу среди студенчества. В 1883 был арестован и выслан в Пермь. Здесь сочетал земскую службу с обществ. работой ходатая по делам рабочих и крестьян. В 1895 в «Русской мысли» опубл. рассказ «Мрак». Наиболее значит. произв. печатались в журн. «Русское богатство» при содействии В. Г. Короленко, с к-рым П. сохранял дружеские связи до конца жизни. Здесь опубл. роман «Перед грозой» (1899), очерк «Мохов» (1901), рассказы «Впотьмах» (1902), «Тишина» (1905), повести «Омут» (1904), «Аликаев камень» (1905). Роману «Перед грозой» Короленко посвятил сочувств. рецензию («О сложности жизни», «Рус. богатство», 1899, № 8). Изображая жизнь Урала, П. вслед за своим учителем Д. Н. Маминым-Сибиряком обличал уродства капитализма, показывал материальное могущество и одновременно моральное разложение буржуазии, картины безработицы, обезземеливания масс. Колорит произв. П. мрачен, но в них ощущается предгрозовая атмосфера конца 19 в. В 1904 П. переехал в Петербург, где издавал еженедельник «Вести»; в 1906 опубл. здесь очерки о рус.-япон. войне, революц. настроениях в деревне, о 9 января. П. принадлежал к тем народнич. писателям, реалистич. произв. к-рых опровергали утопические теории позднего либерального народничества.

Соч.: Мрак. Перед грозой, М., 1900; Избр. произв., Свердловск, 1937; Избранное, [Пермь], 1953; [Рассказы], в кн.: Рассказы и повести дореволюц. писателей Урала, т. 2, Свердловск, 1956.

Лит.: Верховская М., Алексей Погорелов, Пермь, 1959.

М. М. Верховская.

// Краткая литературная энциклопедия. Т. 5. – М. : Сов. энцикл., 1968. – С. 826

Десять лет назад два автора — В. Кускови Б. Коган, надо полагать, не сговариваясь,— свои статьи о К. В. Боголюбове назвали совершенно одинаково: «Писатель, критик, педагог». И очень точно определили главное в творческом лице этого своеобычного литератора.

Как и отчего оно сложилось? Конечно, тут сказались индивидуальные особенности дарования, но прежде всего — эпоха. Это она лепила, если хотите — выковывала творческую судьбу Константина Васильевича Боголюбова. Приметный и примечательный факт: 70-летие писателя совпадает с 50-летием Советской власти. Великую Октябрьскую революцию К. В. Боголюбов встретил уже двадцатилетним интеллигентным юношей. Отдав свой разум и сердце новому обществу, он слился с ним, и это определило его творческий путь.

1.

Обстановка в Свердловском коммунистическом институте журналистики была сравнительно вольной. Мы частенько увиливали от тех лекций, которые казались нам скучными или малосодержательными; можно было отсидеться в комнате институтской многотиражки, в комсомольском комитете или в свободной аудитории и развлечься книгой или обычным студенческим трепом. Но на лекциях по литературе XIXвека зал всегда был полон. Читал их Константин Васильевич Боголюбов.

Прошло уже почти тридцать лет, у меня не сохранилось никаких записей, а я помню содержание его лекций, точнее — картин, изображенных в лекциях. Это были именно картины: лектор мыслил образами, и, приобретая эмоциональную окраску, понятия становились доступнее, ярче и определеннее. Все тянулись к этим лекциям, но полностью поняли причины их художнического обаяния, наверное, только в те дни, когда наш преподаватель, смущенный и довольный, дарил студентам авторские экземпляры своей первой книги «Певец Урала». Это было в 1939 году.

Впрочем, ни он на себя, ни окружающие на него тогда, как мне помнится, еще не смотрели как на писателя. Для нас он был только преподаватель — хороший, талантливый преподаватель, пишущий к тому же научные работы и критические статьи. И еще — мятущийся, ищущий: ему вдруг надоедало читать курс XIXвека, он брался за лекции по современной литературе, приедалось то — брался за что-то третье.

Сейчас-то я понимаю, отчего и как это происходило.

С самого начала в нем уживались и писатель, и педагог, и учитель. Но это «самое начало» тоже пришло не сразу.

Он родился 23 августа 1897 года в селе Александровском, Красноуфимского уезда, Пермской губернии. Вскоре его отца, священника, перевели на север губернии, в село Вильгорт, что за Чердынью, на реке Колве. Там и прошло детство. А юность шагнула из-под родительского крова: Константин Боголюбов уехал в Пермь, окончил там гимназию и поступил в только что открывшийся университет, решив стать учителем-словесником. В ту пору забрезжило и желание попробовать силу своего пера: на страницах «Пермских губернских ведомостей» появились первые стихотворные опыты К. Боголюбова. Но все было еще туманно, и свободное от университетских занятий время юноша отдавал не столько бумаге, сколько книгам и театру.

Подробнее: Поход без привалов

А. Погорелов — литературный псевдоним Алексея Сергеевича Сигова, талантливого писателя-уральца, печатавшегося в столичных журналах 1890—1900 годов.

А. С. Сигов родился 10 февраля 1860 года в Перми. Отец его был крепостным Всеволожских, владевших несколькими заводами на Каме, и работал конторщиком, а затем правителем дел в Майкорском  заводоуправлении.

Детство писатель провел в захолустных заводских поселках и в Красноуфимске, где отец его занимал тогда должность мелкого служащего уездного земства. Десяти лет Сигов начал учиться во втором классе городской школы, а в 1875 году перешел во вновь открытое Красноуфимское реальное училище. С 1878 года будущий писатель продолжал образование в. Пермском реальном училище. Здесь он не только содержал себя, давая уроки ученикам младших классов, но и помогал семье.

Мировоззрение Сигова складывается под воздействием раннего народничества. Захваченный стремлением к освобождению народа, он едет в Петербург — центр общественного движения 70-х годов. Сигов учится в институте гражданских инженеров уже после разгрома правительством революционной организации народников, в условиях жестокой политической реакции. Несмотря па это, он устанавливает связи с остатками партии «Народная воля», в частности с известным поэтом П. Ф. Якубовичем-Мельшиным, и ведет революционную работу среди студенчества.

В 1883 году Сигов уехал из Петербурга, спасаясь от полицейского преследования, и поступил на работу техником в городе Балахне Нижегородской губернии. В декабре того же года он был арестован и заключен в печально знаменитую Пугачевскую башню в Нижнем Новгороде. Здесь он провел 8 месяцев. Из-за отсутствия улик дело его было прекращено, репрессии ограничились высылкой на родину под надзор полиции.

Последующая двадцатилетняя работа в земстве, связанная с постоянными разъездами по деревням и заводам Урала, дала Сигову большой материал для его литературного творчества. Писатель часто выступал защитником рабочих и крестьян в их земельных спорах с заводоуправлениями и пользовался популярностью как ходатай по делам бедняков.

Творческая деятельность Сигова началась в 1895 году, когда в журнале «Русская мысль», где печатались А. П. Чехов и молодой А. М. Горький, был опубликован первый его рассказ «Мрак» под псевдонимом А. Погорелов, который с тех пор становится постоянным. В 1897 году в том же журнале напечатан рассказ «Среди ночи».

Подробнее: Глазами честного свидетеля

Известный уральский писатель Константин Васильевич Боголюбов родился в селе Александровском, расположенном в 10 километрах от Красноуфимска. За плечами автора исторических повестей «Связанные крылья», «Зарницы», «Атаман Золотой», «Грозный год» и других — большой и сложный жизненный, путь. Сын священника, призванный в армию со студенческой скамьи, двадцатилетним солдатом учебного батальона встретил он Великую Октябрьскую социалистическую революцию и, подобно многим людям своего круга и воспитания, вышедшим в жизнь с грузом мелкобуржуазных иллюзий, не сразу осознал все великое значение этого события для судеб страны и народа.

Долгими и мучительными были поиски верной дороги. В начале 1919 года, когда Боголюбов учительствовал в глухой коми-пермяцкой деревушке, его насильственно мобилизовали в колчаковскую армию. Бесславный путь отступления белых стал для будущего писателя путем окончательного прозрения. Поняв, на чьей стороне правда, он переходит на сторону большевиков.

Совсем другим человеком вернулся Боголюбов в 1925 году на Урал после пяти лет службы в Красной Армии. В Свердловске он делает первые шаги на литературном поприще сначала как критик, потом как прозаик. Обо всем этом — о детстве и юности, о трудном и сложном своем пути к новой советской правде, о литературной жизни Урала двадцатых и тридцатых годов — рассказал К. Боголюбов в последней своей книжке воспоминаний «Годы и встречи». Вот отрывок из нее:

«По-настоящему главой нашей семьи была бабушка Анна Петровна, мать моей матери, она вела все хозяйство и следила за порядком в доме. И не было у меня человека родней и ближе, чем она. Бабушка меня тоже любила больше других внучат. У ней у самой был первенец сын, умерший десяти лет отроду от черной оспы. Потом она родила трех дочерей, но до конца дней со слезами вспоминала первенца. Видимо, любила меня бабушка за то, что я напоминал ей единственного сына. Мы с бабушкой живем в нижнем этаже — в кухне и горнице. Родители с младшими сестрами — в верхнем.

...Пламенеет закат. Красная колокольня горит, как факел. Только два могучих кедра в церковной ограде недвижно темнеют и думают свою столетнюю думу. Сижу на крылечке, читаю «Айвенго» Вальтера Скотта и брожу с вольными стрелками Робин Гуда по Шервудскому лесу.

Подробнее: Певец Урала

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube

 

перед эти кодом