Персоналии

Для слабовидящих

 
 
 
Мы в соцсетях         
 
 

Библиотечные страницы

Нашему земляку, члену Союза писателей СССР, Леониду Александровичу АЛЕКСАНДРОВУ 12 февраля исполнилось бы 80 лет. К большому сожалению, этого человека вот уже почти десятилетие нет с нами. Но добрая память о нем, его творчество не забыты, пока живы мы, пока не исчезла тяга к искусству, родному слову, хорошей книге.

Повесть «Бабий век» стала моей настольной книгой. Это сказание родниковой чисто­ты! Прочитаешь хотя бы одну гла­ву, сердце обязательно отзовется вдохновением... Субъективное мнение? А вот отзыв преподава­теля литературы Сарсинской школы Чухаревой Ирины Булатовны: возвращая мне книгу, она сказала - «Прочитала на одном дыхании!». В сельских библиотеках этой повести уже нет, а в районной - нашлась книга, зачи­танная «всмятку», не чета неко­торым фолиантам девственной не­тронутости. Пора бы ее переиз­дать, да кто возьмется? Даже род­ной журнал «Урал», который пер­вым печатал повесть, отказался от автора. У Леонида Александ­ровича осталось много неопуб­ликованных произведений. Его вдова Маргарита Степановна ез­дила в редакцию «Урала» с пред­ложением, хоть что-нибудь пре­доставить читателям, но поддер­жки не нашла: Леонид Алексан­дрович - писатель не авангарди­стского направления, которое в моде при нынешнем редакторе журнала. Маргарита Степановна «наскребла» денежек издать к юбилею повесть «Сеннушка спа­сенная», ну очень скромным ти­ражом - 100 экземпляров. И на том спасибо! Откуда пенсионер­ке денег брать? Обращалась она за помощью к людям - счет в банке открывала, объявление в га­зетах печаталось - так ведь ник­то не откликнулся. Может, газет не читают, а скорее всего, «пере­строились» на новорусский мен­талитет.

Что касается памяти, так я - в неоплатном долгу. Леонид Александрович, как я уже сообщал (заметки в газете «Вперед» - «Ма­стеру от подмастерья», «Он был наставником и другом»), был мне очень близким человеком. Пожа­луй, добавлю, что «возился» со мной, как с сыном. На мой взгляд, пришло время воспроизвести его слова, которые в свое время потрясли меня до глубины души. Вот выдержка из письма, дати­рованного 14 ноября 1962 года: «Слава, дорогой! Я все эти дни хожу, живу - дышу той радос­тью, которую приносят мне твои письма - ты! Наверное, такое же бывает с человеком, который вдруг, нежданно-негаданно нахо­дит клад с неисчислимыми богатствами. Прошу только не заз­наваться: вряд ли ты сам знаешь, какое богатство ты в себе носишь! И оно, это богатство, как ты говоришь, оно-то прет из тебя все но­выми и новыми образами, тема­ми. Нефть пролежит под землей до конца света; а пробей скважи­ну - забьет фонтаном! Опыт? Он придет! Пиши, пиши и пиши! Не успеваешь - заводи записную книжку, о чем я тебе уже гово­рил. Опыт будет, Слава! Пиши!».

Леонид Александрович был дружен с Павлом Макшанихиным, в то время председате­лем Свердловского отделения Со­юза писателей СССР, благодаря этому мои стихи рецензирова­лись лучшими литераторами Свердловска. Это были - Лев Со­рокин, Юрий Трифонов, Миха­ил Демин, Эмилия Бояршинова. И сам Леонид Александрович выводил меня на путь истин­ный. При его занятости (зав. сельхозотдела редакции, селько­ровские семинары, куратор литобъединения «Жаворонок», де­путат горсовета, наконец, соб­ственное творчество) он все же находил время разбирать мои сти­хи построчно, как говорится, по косточкам! К сожалению, на са­мом пике восхождения на Пар­нас в моей жизни произошли тра­гические изменения - даже не хо­телось жить, естественно, в творчестве были упущены важные моменты, оно у меня просто за­хирело. Очень трудно выходил из тупика, а когда восстановил­ся и стихи набрали должную силу, Леонида Александровича не стало. До сих пор чувствую себя виновным перед его памя­тью за то, что вовремя не оправ­дал надежд.

Последний раз виделся с ним в сентябре 1995 года. Точнее, прощание было, а не встреча. Я подъехал на мотоколяске к подъезду дома по Советской, 32, и по инвалидности не мог взой­ти на второй этаж, а Леонид Александрович, будучи тяжело больным, не мог спуститься ко мне (когда-то он легко заносил меня на руках в квартиру!). Раз­говаривать громко он уже не мог, а у меня, как ком в горле заст­рял, да и не будешь о заветном чувстве громко кричать. Вот и глядели друг на друга молча...

Стояло бабье лето. Дикие яблоньки роняли на землю мелкие красные плоды. Со двора дома простора обзору нет - все заст­роено домами, но все же в прогале виднелось осеннее прозрач­но-голубое небо с легкими об­лачками. Всю эту, небогатую па­нораму, Леонид Александрович оглядел долгим взглядом, прило­жил руку к сердцу, слегка по­клонился и ушел... Навсегда.

В повести «Костер на горе» есть замечательное описание та­кого костра: «... гора Карауль­ная, вся, от самой подошвы, за­росла березником, оголена лишь макушка ее, обращенная к горо­ду, и вот - горит здесь костер в ночи... Ты, может, просто из ба­ловства распалил и подшуровываешь его, а тому, кто видит твой огонек-светлячок снизу, может, о самом заветном думается. Ко­стер в ночи, да еще на горе - в этом и вправду что-то есть».

По моему глубокому убежде­нию вся жизнь Леонида Алек­сандровича и была таким кост­ром – около него всегда было людно, тянуло к нему и друзей, и знакомых, как к огню в ночи. Вот и я у того костра был согрет и обласкан. От него и разгорелся в моей душе огонек творчества - огонь от огня, как плоть от пло­ти! Вечная память и благодар­ность Леониду Александровичу!

Станислав ТИТОВ, с. Сарсы.

//Вперед. - 2006. - 9 февр. - С.7

О повести В. Тулина «Когда спускаются звезды»

Красноуфимцы знакомы с творчеством своего земляка поэта Василия Тулина. Его стихи печатались в газетах «Вперед», «Уральский рабочий», в журналах, поэтических сборниках. Идущие от жизни, они заставляют читателей оценивать окружающий мир с позиций гражданственности, злободневности.

И вот сегодня появился Василий Тулин — прозаик. Средне-Уральское книжное издательство выпустило первую его книжку «Когда спускаются звезды». Это повесть о сельском мальчишке, который скоро пойдет первый раз в школу. А сейчас у Димки — главного героя повести — мир узнаваний.

В отличие от некоторых литераторов Урала, пишущих для детей, показывающих романтику размахивания шпагой, В. Тулин, как и в поэтических своих произведениях, ставит героя на путь реальной сельской жизни.

Что ни день, то новые впечатления появляются у Димки. Он с неописуемым любопытством относится ко всему, что окружает его.

Постоянно проживая в селе, Василий Тулин ничего не выдумал в жизни своего маленького героя. Более того, в основу его повести о Димке и других сельских сверстниках положены подлинные события, факты, описание деревни Подгорной и бора на горе у речки. Это тот бор, рядом с которым проходит дорога Красноуфимск — Ачит.

Примечательно, что пример с Димки в поведении берут другие мальчишки. Даже Гришка, задира, губитель птиц, жадюга постепенно стал следовать хорошим примерам Димки. Не случайно же он стал предлагать теперь ему проигранный и не отданный раньше ножик. Да и в школу — с позволения Димкиных родителей — пошли они рука об руку.

Подробнее: Верный почерк

Алексей Сергеевич Сигов, известный русский писатель, ставивший под своими произведениями литературный псевдоним А. Погорелов, - наш земляк. Многие годы его жизни связаны с Красноуфимском. В 1875 году он поступил в только что открывшееся Красноуфимское реальное училище. Затем учился в Петербурге, в институте гражданских инженеров. Здесь А. Сигов связывается с членами партии «Народная воля», в частности с известным поэтом П. Ф. Якубовичем, и ведет революционную работу среди студенчества.

В 1883 году будущий писатель уехал из Петербурга и поступил на работу техником в городе Балахне, Нижегородской губернии. Но в декабре этого же года он был арестован и заключен в знаменитой Пугачевской башне в Нижнем Новгороде. Одновременно с ним здесь сидел В. Г. Короленко. После восьми месяцев заключения его выслали на родину, в Красноуфимск, под надзор полиции. А. Сигов работает техником по распланировке селений при Красноуфимской земской управе, затем переходит в Пермское губернское земство. Двадцатилетняя работа, связанная с постоянными разъездами по деревням и заводам Урала, дала ему большой материал для литературного творчества.

Первый свой рассказ А. Погорелов (А. Сигов) опубликовал в 1895 году в журнале «Русская мысль», где в то время печатались А. П. Чехов и молодой Максим Горький. Рассказ назывался «Мрак». В том же журнале в 1897 году был напечатан рассказ «Среди ночи». Потом появились роман «Перед грозой», повесть «Омут», рассказы «Мохов», «Впотьмах», «Аликаев камень»,  «Тишина»,  «Мать».

Произведения А. Погорелова рисуют реалистические картины уральской жизни конца XIXвека. В них отражены бесправие крестьянства и рабочих, произвол и беззаконие заводской администрации, взяточничество чиновников.

// Красноуфимск. – Свердловск, 1970. – с. 20-21

Власов Анатолий Александрович родился 17 июня 1929 года в поселке Арти и за небольшим исключением прожил в Артях всю жизнь.

Исключения были связаны с работой — сначала отца, когда семья переезжала сначала в деревню Поташка, потом в город Красноуфимск. А затем своя работа и учеба.

После окончания средней школы № 1 поступил в политехнический институт имени Кирова, был зачислен в группу архитекторов. Но разочаровался в специальности и ушел из института со второго курса.

В 1949 году поступил в Тихоокеанское высшее военно-морское училище им. Макарова, получил специальность офицера штурмана и звание лейтенанта.

Первое место службы - сторожевой корабль «Пеликан». На этом корабле плавал по Японскому морю, с бухты Золотой Рог любовался сопками и городом Владивостоком. По состоянию здоровья и попав под общую струю сокращения Вооруженных сил, был уволен в запас.

Вернулся на родную улицу Пионеров.

С сентября 1955 года начал служение журналистике в редакции районной газеты «Ленинский путь»,затем в Красноуфимской газете « Вперед» и снова в « Ленинском пути». 13 лет Артинская районная газете выходила под его руководством.

Подробнее: Власов Анатолий Александрович

В книге Павла Куляшова, выпущенной издательством «Удмуртия», два произведения. Одно из них, «Солдатки», по-доброму было оценено критиком А. Клитко в ЛО» № 8 за 1973 год. Мне хочется сказать о другой повести, «Открой свое сердце», посвященной труженикам районной газеты.

В ней есть меткие наблюдения над жизнью села. Героев Куляшова волнуют острые вопросы: как развивать куль туру деревни, как удержать в селе молодежь... Об этом пишут у нас много, но, может быть, тем меня повесть больше вceroи подкупила, что подобные вопросы возни кают в ней как бы «изнутри», в повседневном быту газетчиков.

Автор ставит главного героя — молодого журналиста Петра Уралова— перед трудным выбором. Уралов должен написать фельетон о человеке, заменившем отца Валерии, женщине, которую Петр любит. После мучительных колебаний Уралов повинуется чувству журналистского долга.

По-моему, слишком прямолинейно, лобово написаны некоторые отрицательные персонажи. От заместителя редактора Огородникова за версту несет самодовольной пошлостью и дремучей глупостью. Странно, что с таким слабым противником так долго не могут справиться лучшие журналисты газеты...

Г. ПАВЛОВ, библиотекарь/ Москва

// Литературное обозрение. - 1975. - № 9. – с. 107

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ