Глазами честного свидетеля

ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

А. Погорелов — литературный псевдоним Алексея Сергеевича Сигова, талантливого писателя-уральца, печатавшегося в столичных журналах 1890—1900 годов.

А. С. Сигов родился 10 февраля 1860 года в Перми. Отец его был крепостным Всеволожских, владевших несколькими заводами на Каме, и работал конторщиком, а затем правителем дел в Майкорском  заводоуправлении.

Детство писатель провел в захолустных заводских поселках и в Красноуфимске, где отец его занимал тогда должность мелкого служащего уездного земства. Десяти лет Сигов начал учиться во втором классе городской школы, а в 1875 году перешел во вновь открытое Красноуфимское реальное училище. С 1878 года будущий писатель продолжал образование в. Пермском реальном училище. Здесь он не только содержал себя, давая уроки ученикам младших классов, но и помогал семье.

Мировоззрение Сигова складывается под воздействием раннего народничества. Захваченный стремлением к освобождению народа, он едет в Петербург — центр общественного движения 70-х годов. Сигов учится в институте гражданских инженеров уже после разгрома правительством революционной организации народников, в условиях жестокой политической реакции. Несмотря па это, он устанавливает связи с остатками партии «Народная воля», в частности с известным поэтом П. Ф. Якубовичем-Мельшиным, и ведет революционную работу среди студенчества.

В 1883 году Сигов уехал из Петербурга, спасаясь от полицейского преследования, и поступил на работу техником в городе Балахне Нижегородской губернии. В декабре того же года он был арестован и заключен в печально знаменитую Пугачевскую башню в Нижнем Новгороде. Здесь он провел 8 месяцев. Из-за отсутствия улик дело его было прекращено, репрессии ограничились высылкой на родину под надзор полиции.

Последующая двадцатилетняя работа в земстве, связанная с постоянными разъездами по деревням и заводам Урала, дала Сигову большой материал для его литературного творчества. Писатель часто выступал защитником рабочих и крестьян в их земельных спорах с заводоуправлениями и пользовался популярностью как ходатай по делам бедняков.

Творческая деятельность Сигова началась в 1895 году, когда в журнале «Русская мысль», где печатались А. П. Чехов и молодой А. М. Горький, был опубликован первый его рассказ «Мрак» под псевдонимом А. Погорелов, который с тех пор становится постоянным. В 1897 году в том же журнале напечатан рассказ «Среди ночи».

С 1899 года произведения А. Погорелова публикуются в народническом журнале «Русское богатство». У него устанавливаются дружеские связи с В. Г. Короленко, занимавшим в журнале более прогрессивную демократическую позицию, чем другие руководители «Русского богатства». В этом журнале писатель помещает большой роман «Перед грозой», отмеченный В. Г. Короленко в статье «О сложности жизни». Далее следуют повесть «Омут» (1900), рассказы и очерки «Мохов» (1901), «Впотьмах» (1902), «Аликаев камень», «Тишина» (1905), «Мать» (1906).

В 1900 году рассказ «Мрак» и роман «Перед грозой» были выпущены отдельной книгой в издании С. Дороватовского и А. Чарушникова.

В 1905 году Сигов переехал в Петербург, рассчитывая закрепить литературные связи. Служба в уральском земстве стала невыносимой, так как радикальные элементы в нем преследовались. В столице писатель, чтобы прокормить семью, вынужден поступить на службу в тарифный отдел акционерных страховых обществ.

Отрыв от уральской действительности, которая давала материал для творчества, перегруженность на службе, новая историческая обстановка, в которой писатель не мог разобраться,— все это привело к тому, что творческая деятельность его после революции 1905 года прекратилась.

В 1917 году издательство «Задруга» предприняло выпуск собрания его сочинений. Но вышел только первый том. Он был отпечатан в типографии Московского Совета.

Великую Октябрьскую социалистическую революцию писатель встретил совсем больным. Он умер от рака легкого 19 января 1920 года в Ставрополе.

***

В литературе 90-х годов, когда в нее вошел А. Погорелов, реалистическое искусство вело борьбу с декадентством. И А. Погорелов с первых же шагов выступает как писатель-реалист. Хотя некоторые идеи народничества, близкие автору, иной раз мешали остроте его зрения и снижали силу и яркость изображения им действительности, однако реалистический художественный метод, верность боевым, общественным традициям предшественников, живое внимание к жизни позволили Погорелову занять место среди демократических писателей того времени. Ему оказалась недоступной революционная теория марксизма, он не понял исторической роли пролетариата. И все же резкая критика писателем социально-политических порядков вливалась в общий поток борьбы против самодержавия и капитала в период нарастания революции 1905 года.

В сравнительно небольшом литературном наследии писателя отчетливо выделяется несколько основных тем, действительно важных для периода 1895—1905 годов. Одной из главных тем, в разработке которой А. Погорелов продолжает Мамина-Сибиряка, была тема развития русского капитализма. Он разрабатывает ее в романе «Перед грозой», в очерке «Мохов», написанном в одно время с «Молохом» Куприна. Значительное внимание А. Погорелов уделяет разоблачению самодержавно-полицейского произвола и политической реакции, что также характерно для многих его современников. Обе эти темы были тесно связаны с темой народа и интеллигенции. Погорелов настойчиво пытался осмыслить положение интеллигенции в современном ему обществе, определить ее гражданскую ценность.

Само заглавие одного из первых его рассказов — «Среди ночи» — символично. Русская интеллигенция, о которой идет речь, живет в мрачное для нее время, когда кругом ночная тьма. Аллегоричен и заключительный пейзаж — рассвет, разгоняющий мрак.

Во многих произведениях Погорелов обнажает несостоятельность народнических представлений о ведущей роли интеллигенции в истории. Сам писатель, несомненно, рассматривал свое творчество как призыв к идейному и нравственному обновлению «культурного слоя».

Погорелов рисует заводскую уральскую интеллигенцию па новом этапе исторического развития. Когда-то в произведениях Кирпищиковой был показан процесс формирования демократической интеллигенции, связанной с народом и по происхождению, и по бесправному положению. В творчестве Погорелова мы встречаемся с потомками интеллигентов 60-х годов. Эти люди стали по существу одним из звеньев цепи, сковывающей народ. Их деятельность антигуманна. Правда, от своих отцов они унаследовали добрые мысли о народе, но мысли эти ни к чему не обязывают и никуда не ведут, лишь изредка заставляя «болеть их совесть».

В рассказе «Мрак» инженер Псалтырин, управляющий заводским округом, чувствует раздвоение между «идеалами» и настоящей своей жизнью. Он сам в минуты самоанализа говорит: «Везде одно и то же: грабеж, насилие, без стыда, без совести, без малейшей жалости к человеку... Я тоже ведь честный человек потому только, что, живя как тунеядец и паразит, не украл ни одной копейки с грубостью и наглостью мелкого вора». Связанность буржуазного интеллигента практикой капиталистической эксплуатации, обусловленность его действий не идеальными представлениями о «разумной норме», а местом в обществе, раздираемом противоречиями, изображена в рассказе с незаурядной художественной силой. Этот человек хоть изредка еще чувствует угрызения «больной совести».

В романе «Перед грозой» дается другой вариант такого интеллигента. Земский агроном, либерал Толмачев, проделывает эволюцию от защиты «справедливости, добра, народных интересов» к прямому предательству, озлоблению против народа. Он становится земским начальником горнозаводского округа и послушным орудием в руках управляющего. Такое классовое «самоопределение» буржуазной интеллигенции — живо схваченное писателем явление действительности. Но А. Погорелов придает этому явлению слишком большое значение. Стараясь понять причины превращения «честного» Толмачева в бесчестного помощника тех, кто угнетает народ, он растягивает заурядную историю на целый роман. Личность же героя ничтожна, его помыслы и действия мелки.

Положительный образ интеллигента Чагина, сохранившего свою оппозиционность по отношению к капиталистическому хищничеству и самодержавию,— не удался Погорелову. Марксист Салмин, в том же романе, обрисован как энергичный, знающий, целеустремленный человек. Но писатель, не понимавший марксизма, приписал ему циническое отсутствие заботы о нуждах рабочих, деятельность лишь во имя отдаленных целей.

В романе встречаются яркие эпизодические образы: крупный буржуа Смолин, деревенские ходоки, губернатор. Особенно живо воспроизведены сцены заводской жизни, в которой автор замечает новое — стремление рабочих к смелому, самостоятельному решению вопросов жизни.

В рассказе «Аликаев камень», напечатанном в 1905 году, Погорелов изображает инженера Конюхова как человека, вполне осознающего свою враждебность народу и лишь маскирующегося лживыми разговорами о единстве интересов мастеровых и заводчиков.

Интеллигент Кленовский, «помогающий народу», совершает предательство, спасая собственную жизнь, а затем становится прокурором. В качестве положительного героя в рассказе выведен слабовольный, уставший, бездействующий Светлицын. В этом образе нет ни последовательности, ни логики: человек, не имеющий в начале рассказа почти никаких убеждений, в конце становится чуть ли не единственным носителем идейности и порядочности. Правда, в рассказе есть еще одно эпизодическое лицо, в котором намечен тип новой марксистской интеллигенции, последовательно отстаивающей народные интересы. Это Катя, погибшая в ссылке. Но этот образ не играет в сюжете почти никакой роли.

После революции 1905 года А. Погорелов делает попытку нарисовать образ революционера в рассказе «Мать». Но идейно-политическое содержание деятельности сына-революционера почти не раскрыто. Писателя здесь интересует мать, ее самоотверженная любовь к сыну и к правде, во имя которой она благословляет его на подвиг. Неопределенность революционного подвига, представление о неизбежности гибели лучших накладывают на рассказ отпечаток эскизности, недосказанности, неполноты мысли, объясняющейся недостаточно ясным пониманием новой пролетарской революционности.

Для писателя Погорелова характерно стремление нарисовать широкую картину экономического и политического положения народа в условиях буржуазного общества. Он показывает, что рабочие и крестьяне Урала ограблены сворой хищников, связанных общими интересами и круговой порукой. В рассказе «Мрак» решение вопроса о выделении погорельцам леса на постройку новых домов оказывается невероятно сложным, так как на народном несчастье хотят нажиться и смотритель завода Голубев, и старшина, а управляющий заводом инженер Псалтырин целиком находится в их руках.

В романе «Перед грозой» раскрывается механизм двойной эксплуатации уральских мастеровых. Они получают ничтожную плату, и, кроме того, их обсчитывают, продают им продукты втридорога. Потрясающие картины разорения обезземеливаемых бывших заводских крестьян нарисованы Погореловым в рассказе «Впотьмах». Рассказ «В глуши» раскрывает угнетение деревни кулаком.

Все эти картины не составляют композиционного центра произведений. Это связано с тем, что народ чаще всего выступает лишь в качестве объекта авторского сострадания, а главное внимание уделяется интеллигенции. Однако в ряде рассказов Погорелов показывает рост возмущения рабочих, формы их коллективного, энергичного отпора хозяевам. В рассказе «Впотьмах» — это осада рабочими дома управляющего. В романе «Перед грозой» заводские мастеровые выносят на сходе решение убрать управляющего. Они торжественно вывозят из завода ненавистного администратора на тройке разномастных кляч с шутовски наряженным кучером. В «Аликаевом камне» рабочие расправляются с заводской администрацией, которая при помощи полиции арестовала было представителей, выделенных коллективом для переговоров.

А. Погорелов показывает организованные коллективные действия рабочих, но он не видит в рабочем классе силы, способной к исторической борьбе против капитализма, силы, которая сметет строй порабощения. Народнические идеи мешают ему видеть это. Погорелов в своих произведениях повествует о том периоде, когда русская буржуазия утверждала себя не только экономически, но и в качестве политической реакционной силы.

Художественно законченный образ кулака-мироеда, превращающегося в крупного капиталистического дельца, писатель нарисовал в очерке «Мохов». Все махинации этого дельца находят юридическое и «нравственное» оправдание со стороны интеллигентов, пресмыкающихся перед его богатством.

Новый тип буржуа раскрывается Погореловым и в большой повести «Омут». Купец Бутылин всю жизнь подчинил целям наживы. Это стремление привело к распаду его семьи. Сын Бутылина стал босяком, опустившимся человеком, совершенно чуждым интересам отца. В повести герой показан в момент, когда по ряду обстоятельств он, подобно горьковскому Фоме Гордееву, начинает критически воспринимать окружающую действительность. Это дает возможность писателю создать глубоко типические картины жизни буржуазного общества, жизни страшной, гнусной и мерзкой. Погорелов, конечно, не считает, что купец-самодур способен переродиться. Нетипическая, исключительная ситуация используется писателем для острого критического анализа исторически значительных процессов жизни, хотя критика действительности ведется и не с позиций передового революционного   класса.

В композиционном отношении повесть «Омут» оказалась несовершенной. Писатель не смог отобрать материал, так как четкая идейная задача у него отсутствовала.

Талант Погорелова был незаурядным. Он умел видеть людей в связи с явлениями социально-политической жизни. Он хорошо воспроизводил разнообразные психологические состояния героев и создавал индивидуализированные портреты, запоминающиеся, выражающие суть характера. Актуальной была тематика его произведений. Но Погорелов постоянно испытывал давление не изжитых до конца народнических идей. Это ограничивало его возможности, приводило к известной недоговоренности, композиционной рыхлости его произведений, нечеткости самих художественных образов. Тем не менее писатель-реалист не мог целиком подчиниться фальшивым доктринам. Живая жизнь была сильнее. Критика Погореловым капитализма, самодержавия, буржуазной интеллигенции помогала пониманию истинного направления исторического развития. Эта критика и сегодня помогает советскому читателю, сравнивая прошлое и настоящее, с особым чувством гордости ощутить величие новой, социалистической эпохи.

// Дергачев И. Книги и судьбы. – Свердловск : Сред.-Урал. кн. изд-во, 1973. – С.104-110.

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube