Известные горожане

ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

Сейчас, в связи со значительными изменениями в нашем обществе, с появлением богатых “новых русских”, казалось бы, ни о чем больше не думающих, кроме наживы, мы обнаруживаем ростки добрых начинаний в той среде, "забытых” ранее. А ростки эти - меценатство, попечительство, покровительство культуре, народному образованию, малообеспеченным. Прежде чем рассматривать, как обстоят дела в этой области сейчас, обратим свои взоры в историю русского попечительства.

Надо признать, что одним из главных мотивов меценатства в прошлом веке было восхищение и преклонение перед гением художника. Ярким примером тому была неустанная помощь русским художникам купцов-промышленников П. М. и С. М. Третьяковых, передавших в 1892 году в дар Москве свои частные коллекции картин русских и западно-европейских художников.

На Урале наиболее значительными меценатами были в XVIII в. Демидовы, а в XIX - А. Ф. Поклевский-Козелл и его сын Викентий.

Прокофий Демидов - внук Никиты Демидова, основателя уральских горных заводов, получив несметные богатства в наследство от своего отца Акинфия, вскоре понял: служение золотому тельцу - не самое достойное человека занятие. И начал вкладывать деньги не в приобретение новой собственности, а в широкую благотворительность, стремясь помочь бедным.

Когда Екатерина II открыла в Москве воспитательный дом для сирот и брошенных детей, Демидов стал один из самых щедрых его опекунов: подарил приюту свой особняк и израсходовал на устройство воспитательного дома более миллиона рублей. В делах благотворительности он никогда не отделывался, как другие, лишь щедрыми подачками, а внимательно и заинтересованно вникал в самые мелкие нужды опекаемых им учреждений. Большую сумму, составившую особый “Демидовский пансион", Прокофий передал Московскому университету для выплаты стипендий бедным студентам.

В своей автобиографии Прокофий Демидов с гордостью писал: “Трудами и попечением моим доставлял я пользу Отечеству и народу".

Другим ярким представителем уральских промышленников, известным своим меценатством, был выходец из обедневшего польско-литовского дворянского рода Альфонс Фомич Поклевский-Козелл, объявившийся в середине XIX века а Сибири, а затем на Урале. Постоянное место жительства имел в Талице, крупные имения - в 17 городах и 10 селах (58 домов в разных местах). Производство Поклевских-Козелл можно было назвать мономольным в винной торговле, т. к. не было ни одного поселка, не говоря уж о городах, селах и заводах, где бы не было трактирных и других такого рода заведений, принадлежавших этой фамилии.

Подробнее: Быть меценатом - дано не каждому

Статистики - самый малочисленный отряд интеллигенции конца XIX века. В России их насчитывалось около 100 человек. Как правило, они имели университетское образование, прекрасно разбирались во многих областях науки. Губернские и уездные земства приглашали статистиков на работу. Вопрос о необходимости собирания статистических сведений об экономическом положении населения уезда возник в Красноуфимском земстве в 1881 году.

Летом 1885 года в Красноуфимск приехал для организации статистического дела Николай Лукич Скалозубов, выпускник Петровской академии.

Это был прогрессивно настроенный человек, который рано проникся идеями общественного долга, служения народу. Он был близок с самим К. А. Тимирязевым и до конца своих дней считал его своим другом и любимым учителем...

В 1888 году в уезде началась подворная опись. Занимаясь статистикой, которую он считал главным своим делом, Скалозубов изучал условия жизни местного населения, подбирал большое число корреспондентов, сообщавших ему требуемые сведения, приводил в порядок данные, обрабатывал их. Он с увлечением разъезжал по уезду, интересуясь при этом не только хозяйственными нуждами населения, но и вопросами быта, культуры людей. Его занимали и такие вопросы, как отношение населения к изобразительному искусству, чтению книг.

Все, что поддавалось цифровой обработке, Николай Лукич сводил в таблицы, .диаграммы, картограммы. Это он делал с истинным увлечением. Но не все можно было отразить в цифрах, сухой язык которых далеко не всем понятен и не всякого трогает, не каждому сердцу что-либо говорит. Жизнь слишком многообразна, и то, что не поддается цифровому выражению, но достойно внимания, Николай Лукич заносил в дневники, которые вел всю жизнь.

Плодом его шестилетней работы в Красноуфимском земстве явились изданные в Казани в 1890-1894 годах “Материалы для статистики Красноуфимского уезда".

Скалозубов не ограничивался, однако, деятельностью статистика. Он усердно пополнял двои знания по сельскому хозяйству, следил за делом улучшения сельскохозяйственных машин и орудий, собирал и изучал местные сорные травы и образцы всей дикорастущей флоры. Николай Лукич редко публиковал свои природоведческие наблюдения. За красноуфимский период он решился напечатать в “Записках Уральского общества любителей естествознания” лишь два сообщения о сорной растительности и о растительности залежей. Совместно с М. И. Мизеровым Скалозубов опубликовал также сведения о растениях Красноуфимского уезда, применяемых в народной медицине.

Подробнее: Земский статистик

В Красноуфимске 24 июля проходили совещание и полевой семинар "Достижение селекции зерновых и зернобобовых культур", посвященный 110-летию со дня рождения селекционера Александра Васильевича Воробьева, основоположника селекции яровой пшеницы на Среднем Урале, создавшего сорта Стрела и Комета, вписанные золотыми буквами в историю сельскохозяйственной науки и сельскохозяйственное производство не только областей Среднего Урала, но и многих регионов России. Этими сортами в семидесятые годы засевалось в Российской Федерации около 1,5 млн га.

Александр Васильевич Воробьев родился 1 июля 1905 г. в деревне Найдино Озерского (ныне Коломенского) района Московской области. Окончил в 1916 году трехклассную сельскую школу и поступил в гимназию в г. Коломна. В 1918-1924 гг. учился здесь в школах I и II ступеней. В 1925-1930 гг. был студентом Московской сельскохозяйственной академии им. К.А. Тимирязева. В1930-1931 гг. работал агрономом в бывшем Плохинском районе Западной области, с 1931 по 1936 г. - на Шатиловской опытной станции в качестве старшего научного сотрудника по селекции яровой пшеницы. В результате им был выведен сорт Шатиловская 1326/32, переданный на государственное испытание. Дальнейшая его работа была связана с селекцией яровой пшеницы на Красноуфимской селекционной станции (1936-1971 гг.) с перерывом с 1941 по 1945 г. для участия в Великой Отечественной войне, куда он ушел добровольцем, хотя имел, как специалист, бронь.

Вся жизнь Александра Васильевича - это огромный труд. Он всегда был в курсе тех событий, которые решали судьбу большого хлеба страны. На селекционных посевах можно было увидеть агрономов, руководителей сельскохозяйственных предприятий, руководителей соседних областей и республик. Науку Александр Васильевич ставил превыше всего. Поражали меткость его суждений, необычайная начитанность и память. Работа Александра Васильевича заключалась в умении постоянно и безжалостно переступать через себя, через то, что вчера казалось большим достижением. В этом как раз и состоит диалектика селекционного творчества. В целенаправленном и упорном труде, без которого вообще немыслима никакая селекция и благодаря которому только и может проявиться любое признание, любой талант.

Красноречиво о памяти Александра Васильевича высказался академик Российской академии наук, академик Российской академии естественных наук, член Лондонского Линнеевского общества, профессор генетики Виктор Александрович Драгавцев: "В год 110-летия со дня рождения мы, помнящие и глубоко уважающие его, обязаны довести до молодого поколения информацию об этом уникальном человеке, участнике Великой Отечественной войны, замечательном селекционере, создавшем удивительные сорта яровой пшеницы, которые десятки лет кормили прекрасным хлебом миллионы тружеников России. Будем же всегда помнить Александра Васильевича Воробьева - гражданина, ученого, воина - и его заслуги перед Россией как в защите Отечества, гак и в решении проблемы продовольственной безопасности нашей страны!"

За участие в великой Отечественной войне Александр Васильевич награжден орденом Красной Звезды, многими медалями. За достижения в селекции и семеноводстве награжден орденом Ленина, медалью "За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения Ленина", золотой и серебряной медалями ВДНХ СССР, многочисленными почетными грамотами МСХ СССР и РСФСР.

Подробнее: В Красноуфимске собрались ученые и практикующие агрономы

Звание Героя Социалистического Труда было утверждено ещё до начала Великой Отечественной войны. 27 декабря 1938 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР об установлении высшей степени отличия в области хозяйственного и культурного строительства с вручением ордена Ленина и золотой медали "Серп и Молот", а также грамоты Президиума Верховного Совета СССР.

В Красноуфимском районе этого высокого звания удостоены шесть человек, и все они получили золотые медали за заслуги и успехи в области сельского хозяйства Наших Героев объединило одно - любовь к земле-матушке, которая прививалась с раннего детства и была впитана с молоком матери. Коротко о каждом нашем земляке, получившем звание Героя Социалистического Труда.

Афанасий Васильевич Бакунин

В годы войны Афанасий Васильевич Бакунин, уроженец деревни Подгорная, практически с её начала вступил в ряды защитников Родины. Командуя пулемётным взводом в оборонительных боях на Западном фронте, получает тяжёлое ранение. После излечения становится командиром пулемётной роты, в числе воинов наступающих войск 1-го Украинского фронта дошел до логова врага - Берлина. С фронта вернулся только в начале 1946 года в звании капитана.

После войны Афанасий Васильевич все силы, знания, энергию отдает сельскому хозяйству, работает председателем колхоза "Объединение" имени Сталина, в селе Приданниково.

В 1948 году за героизм, проявленный на фронте и в народном хозяйстве, А.В. Бакунин удостоен звания Героя Социалистического Труда и награждён

орденом Ленина и медалью "Золотая Звезда", орденами Отечественной войны 1 и II степени. Красной Звезды, медалями "За освобождение Праги", "За взятие Берлина", "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов".

Подробнее: Наши Герои Социалистического Труда в годы Великой Отечественной войны

Мы любим жаловаться на жизнь. Нам вечно не хватает денег, дети капризничают, работа не устраивает, шумные соседи достают. В общем, все плохо. А представьте себе на мгновение, что вы где-то за тридевять земель от родного города, в ушах у вас стоит непрерывный гул и звон. Это оттого, что вокруг рвутся снаряды. Лампа-молния постоянно мигает, а под ней на операционном столе лежит боец с окровавленной, кое-как перебинтованной головой. Там, под бинтами - осколки. И вам нужно их достать. Прямо из мозга. И такой боец не один. Их целый эшелон, который под бомбами прорвался в город, к вашему госпиталю. Страшно? Конечно! Но за четыре долгих года Великой Отечественной войны такая картина стала для Евдокии Григорьевны Храмовой почти обыденной.

Война разделила жизнь Евдокии Григорьевны на две части: безмятежное "до" и трудное "после". "До" была дружная семья: мама, папа, бабушка и две сестры, родная школа, четыре курса мединститута. А 22 июня 1941 года началось "после". Прямо из института, не дав даже на денек съездить домой, студентов призвали на военную службу. Девушки могли выбрать тот фронт, на который им хотелось бы попасть. И все без исключения девчонки выбирали Московское направление. Но сначала студентки попали на распределительный пункт в Вологду, а оттуда - на курсы. Евдокия попала в Тулу. Окончила курсы и была отправлена на Ленинградский фронт в город Череповец.

Госпиталь располагался в бараках. Каждому врачу досталось по одному бараку - около сотни раненых. И началось.

.. .Липкий пот застилает глаза. Хочется спать. Нельзя. Еще три операции. Час назад была тревога. Измученных раненых, которые только сегодня были доставлены в госпиталь, пришлось на носилках относить в подвал. Затекли ноги. Раненый на столе совсем молоденький. Светлая щетина на щеках слиплась от крови. Потерпи, миленький! Еще немного, еще совсем чуть- чуть...

Врачи не спали сутками. Ели практически одну перемороженную капусту. Хлеба полагалось 400 граммов на человека в день. Девушки меняли положенные им «сто грамм» у мужчин на шоколад, который иногда выдавали солдатам. Обычная форма военврача: гимнастерка, юбка, задубевшие от пота.

Раненые попадались разные. Самострелов было много. Госпиталь был небольшой передышкой в нелегкой фронтовой жизни. Многие бойцы старались задержаться в нем подольше. Некоторые солдаты специально прикладывали кранам соленую рыбу, чтобы те дольше не затягивались.

Иногда бойцы называли женщин-врачей и сестер мамами. А этим "мамам" было-то по двадцать с небольшим!

Подробнее: "Спасибо, доктор!"

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube

 

перед эти кодом