К 150-летию со дня рождения Доктора медицины, Почетного гражданина города Красноуфимска - Мизерова Матвея Ивановича.

 
 
ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

Выполняя одну из задач программы Красноуфимского краеведческого музея - обеспечение условий для доступа граждан к культурным ценностям и информационным ресурсам музея и в связи со 150-летием со дня рождения нашего выдающегося земляка, основоположника научной медицины в крае Мизерова Матвея Ивановича, хотелось бы познакомить красноуфимцев с воспоминаниями современников - коллег Матвея Ивановича. Эти воспоминания, о всем нам дорогом человеке, дают возможность перенестись в эпоху конца 19 начала 20 в.в., представить условия жизни, быта, профессиональной и общественной деятельности земского врача.

Воспоминания фельдшера Минина Григория Харлампиевича, проработавшего с Мизеровым М.И. с 1902 г. по 1908 г. предлагаем вашему вниманию с небольшими сокращениями.

«Я помню Матвея Ивановича с раннего детства. Первый раз я увидел его, когда будучи еще мальчиком, вместе с моей матерью пришел в больницу к нему на прием по поводу болезни глаз. В то время больница находилась на Никольской улице, ныне Интернациональной. Больница была одноэтажная, маленькая с низкими потолками, при ней не существовало даже маленькой амбулатории, но имелось несколько коек для стационарного лечения.

Через несколько лет земством был поднят вопрос, не помню точно когда, о строительстве новой больницы. Городская управа отвела участок земли на юго-западном склоне так называемой «Дивьей горы», которая в виде полого конуса возвышалась на нашим небольшим, но уютным и опрятным городом Красноуфимском. Участок, выделенный для строительства новой больницы, был почти совершено голый. Только на южной половине его имелся молодой березняк, переходящий дальше в настоящую березовую рощу. Руководство постройкой больницы было полностью поручено Матвею Ивановичу и осуществлялось им по всем правилам науки. Одновременно с постройкой больницы производилось насаждение на свободной площади деревьев разных пород - липой, соснами, елями, дубами. Вся больница через несколько лет оказалась окруженной тенистым молодым лесом.

Окончив постройку больницы, Матвей Иванович перешел к обслуживанию медицинской помощью больных жителей города. Обычно с раннего утра, сразу после завтрака, он на лошади ездил по городу, навещая больных. После этого он приезжал в больницу и делал обход по палатам, давая нам - его помощникам - указания о ходе лечения стационарных больных. Затем Матвей Иванович направлялся в амбулаторию и проводил прием. Мы, фельдшера и сестры, принимали участие в этом приеме, слушали его объяснения, советы, выписывали рецепты под его диктовку.

В 12 - 1 час пополудни объявлялся обеденный перерыв: все отправлялись в столовую, расположенную в том же здании амбулатории. За время обеда, проходившего обычно за большим общим столом, Матвей Иванович продолжал с нами беседу на тему, начатую в амбулатории: о встретившейся особенности той или иной болезни, о случаях тяжелых заболеваний, о новостях в медицине и о повседневных нуждах больницы. Все это способствовало укреплению нашей дружбы, сплоченности и интересу к работе.

Все фельдшера с сестрами были распределены по палатам, где работали с большим воодушевлением. Я был прикреплен к хирургическому отделению. По субботам у нас обычно проводились операции. Если операция была несложной, ее проводил один Матвей Иванович. Я находился у стола с инструментами и перевязочными материалами или давал больному наркоз. При больших и серьезных операциях в качестве ассистентов приглашались другие врачи.

Вспоминается такой случай. Привезли из деревни Погореловой беременную женщину в тяжелых родовых схватках. При начале родов произошло выпадение ручки. Роженицу, после соответствующей подготовки, немедленно положили на операционный стол. Надо сказать, что Матвей Иванович в это время отсутствовал. Он находился под домашним арестом по политическим мотивам. Операцию производили три других тоже достаточно опытных врача, я хлороформировал. Операция длилась очень долго. Я употребил уже, как мне помнится, 80 граммов наркотика, а операция все еще протекала без видимого успеха. Наконец, пульс больной заметно ослабел, стал давать перебои, о чем я немедленно сообщил врачам. Они сейчас же прекратили оперировать и заявили, что продолжать операцию отказываются. Они считали безотлагательно вызвать Матвея Ивановича и с этой просьбой обратились по телефону к жандармскому начальнику. Разрешение было получено, и с приходом Матвея Ивановича операция возобновилась.

Мне пришлось дать только 6-7 граммов наркотика, как ребенок был извлечен из утробы матери. Поистине Матвей Иванович был гений врачевания. Через 10 дней женщина была выписана из больницы в хорошем состоянии.

Позднее мне пришлось слышать, что через год эту женщину снова привезли в больницу с таким же явлением, но Матвея Ивановича тогда уже не было в Красноуфимске, т.к. его сослали в Уфу как политически неблагонадежного. Больную оперировали другие врачи. К сожалению, они не смогли спасти ее и она умерла на операционном столе. Я в это время уже не работал в хирургическом отделении.

Матвей Иванович, будучи земским врачом, проявил себя не только как первоклассный хирург, но также как прекрасный терапевт, гинеколог, акушер, окулист и невропатолог.

Глазными болезнями заболевали преимущественно марийцы, или как их прежде называли, черемисы, но кроме того, также татары и русские. Марийцы большей частью страдали трахомой, лечение которой не обходилось без хирургического вмешательства. После операции и последующего лечения слизистая оболочка век становится гладкой и трахоматозные зерна исчезают, но остается крупный недостаток, который часто ведет к слепоте. Дело в том, что рубцы на слизистой оболочке, вызванные операцией, заставляют веки завертываться вовнутрь и начинают раздражать оболочку глаза. Это раздражение вызывает помутнение роговицы, что в конечном счете кончается слепотой.

Матвей Иванович долго бился над вопросом, как избежать столь трагических последствий операции. В один из предоперационных дней Матвей Иванович позвал меня как-то в кабинет и с медицинским журналом в руках стал объяснять мне новый способ операции трахомы, описанный в этом журнале. До сих пор этим способом никто из известных нам врачей еще не воспользовался. Я не буду описывать новый способ операции, едва-ли это будет интересно для вас. Скажу только, что он был испытан Матвеем Ивановичем и оказался действительно заслуживающим внимания.

До сих пор не могу забыть одного молодого красивого татарина, которому Матвей Иванович сделал такую операцию, исправляющую направление век. Результат операции оказался великолепным: у молодого человека глаза совершенно вылечились. Интересно добавить, что не так давно я случайно встретил его в Красноуфимске. Он радостно приветствовал меня, вспомнил операцию и сказал, что несмотря на свой преклонный возраст 70 лет, он до сих пор хорошо видит. Таким образом, он на всю жизнь сохранил память о Матвее Ивановиче, как спасителе его зрения.

С Матвеем Ивановичем Мизеровым я работал в течение шести лет, с марта 1902 г. по 1908 год включительно. За этот срок мне выпало счастье ассистировать Матвею Ивановичу при самых разнообразных операциях много раз и все они проходили всегда благополучно.

Кроме своей работы по больнице и по городу, Матвей Иванович нес дополнительные нагрузки всякого рода, причем выполнял их совершенно безвозмездно. Обычно осенью, например, перед началом учебного года, он производил медицинский осмотр учеников реального училища, при этом особое внимание обращал на позвоночник. По вызову ездил не только по городу, но и за пределы его, нередко в отдаленные села и деревни, например, в Арти, Ачит и др., хотя там находились свои медицинские пункты.

Если, как он видел, требовалось немедленно его присутствие, когда за ним приходили, он тотчас вставал и уходил за посыльным, прерывая обед, сон или даже прием в амбулатории. С людьми вне зависимости от рангов, положений и чинов, он всегда был исключительно прост в обращении, добр и внимателен. Он был олицетворением гуманности. Вот почему Матвей Иванович пользовался огромной популярностью в народе, не говоря уже о нас, близких ему по работе, его помощников. Может быть это и было причиной подозрительности жандармского отделения к нему как политически неблагонадежному.

Но главная причина заключалась, вероятно, в том, что его сын был женихом очень интересной девушки, революционерки Рогозинниковой, казненной в Петербурге. По этой же причине его кандидатуру в члены Государственной думы забаллотировали в губернском центре, в Перми, а потом самого Матвея Ивановича сослали в Уфу. Вскоре Матвей Иванович скончался в Уфе.

По требованию красноуфимцев похороны его состоялись в нашем городе. Все жители города и ближайших селений пришли, чтобы проводить дорогого Матвея Ивановича в последний путь. Всеми владело одно чувство тяжелой утраты...

Матвея Ивановича никогда не забудут в народе. Его именем названа улица в Красноуфимске (бывшая Площадная) и память о нем передается от нас стариков молодому поколению».

Воспоминания Г.Х. Минина написаны в мае 1962 г.

Алексейчик Л. К 150-летию со дня рождения доктора медицины, Почетного гражданина города Красноуфимска Мизерова Матвея Ивановича:[По воспоминаниям фельдшера Г. Х. Минина]/ Л. Алексейчик // Городок.-Красноуфимск, 2004.-N 16. - С. 10-11.

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube

 

перед эти кодом