Жизнь он посвятил народу своему

ruenfrdeelitptsres

Библиотечные страницы

В мае исполняется 135 лет со дня рождения Матвея Ивановича Мизерова — прогрессивного врача, доктора медици­ны, основателя Красноуфимской земской боль­ницы.

До недавнего времени считали, что нет в живых людей, кто знал и мог бы рассказать об этом замечательном нашем зе­мляке. И вот совсем неожиданно в конце 1986 года в музей пришло пи­сьмо из Свердловска от дочери Матвея Иванови­ча — Александры Мат­веевны Мизеровой, пере­писка с которой продол­жается и по сей день. Со­трудники музея за это время не раз побывали у этой 86-летней гостеприимной, доброжелательной женщины.

Александра Матвеевна закончила Екатеринбург­скую женскую гимназию, работала сотрудницей хи­мической лаборатории Красноуфимского сельско­хозяйственного технику­ма, затем закончила ле­нинградские высшие кур­сы защиты растений. С 1936 года до выхода на пенсию работала науч­ным сотрудником отдела ващиты растений Сверд­ловской плодово-ягодной опытной станции имени Мичурина.

Много интересного рас­сказала Александра Мат­веевна о своем отце, передала в музей уникаль­ные фотографии, ценные документы, некоторые личные вещи Мизерова. Воспоминания А. М. Мизеровой начинаются 1908 годом. Красноуфимский уезд к тому времени уже имел выстроенную по проекту Матвея Иванови­ча больницу, хорошо ос­нащенную по  тем  временам аптеку, вполне удов­летворительную организа­цию земско-медицинского дела в уезде. А Матвей Иванович был представ­лен к званию почетного гражданина г. Красноуфимска, в 1905 г. Ка­занским университетом удостоен звания доктора медицины.

Александра Матвеевна вспоминает:

— Мы, дети, очень мало видели отца. Толь­ко утром, когда собира­лись в школу, он завтра­кал вместе с нами. И, пожалуй, эти немногие ми­нуты были единственным временем в течение дня, когда он неизменно бы­вал дома. Уехав утром в амбулаторию и закончив там прием (бывали слу­чаи, что он принимал до ста человек в день), он ехал «по больным» и возвращался домой позд­но. Вечерами, когда весь дом уже спал, он долго занимался в своем кабинете, если не было вызо­вов к больным.

Хорошо запомнился обыск в 1908 году. Все было перевернуто вверх дном не только в доме, но и в надворных пост­ройках, даже в конюшне. Обыскивали всех, даже детей. Помню, как все это возмущало нас, и мы были страшно довольны, что синие мунди­ры жандармских офице­ров, вылезавших из под­полья, были в пыли и па­утине. Все книги из шка­фов были выброшены на пол, и родителям при­шлось затратить немало времени, чтобы библиоте­ку привести в порядок. Несмотря на всю тщатель­ность обыска, ничего предосудительного найти не могли, но это не помеша­ло  все  же  в следующем году выслать отца за пре­делы Пермской губернии. В предписании причи­на высылки не указыва­лась. Однако его совре­менникам хорошо были известны демократические взгляды доктора Мизерова, не мирившегося с произволом царских вла­стей.

После высылки из Красноуфимска в Уфе Мизеров какое-то время не мог поступить на слу­жбу и вынужден был открыть прием больных на дому.

— Мать рассказывала о том, как, получив пер­вые деньги за визит, он сказал ей: «Спрячь этот рубль в память о том дне, когда я продал свою душу». Проработав поч­ти всю жизнь земским врачом, он никогда не занимался частной прак­тикой.

Его врачебный участок в городе Уфе был на ок­раине города, где большинство населения было плохо обеспеченным. И, навещая таких нуждаю­щихся больных, он час­то не только ничего не брал за визит, а оставлял деньги для покупки лекарства. За ласковое, внимательное отношение и большое знание своего деля больные очень его любили.

И дома, несмотря на большую занятость и ус­талость, я не помню случая, чтобы он повысил, голос на кого-либо из се­мьи. — рассказывает Александра Матвеевна. — Никто из детей не знал шлепков, хотя нас в се­мье было шестеро, в том числе четверо мальчиков, которые, вероятно, не все­гда слушались.

Александра Матвеевна вспоминает некоторых па­циентов, рассказывает об их признательности отцу. В экспозиции выставлен скромный металлический портсигар с выпуклым растительным орнамен­том на одной стороне. На другой стороне дарствен­ная надпись: «Добрейше­му доктору М. И. Мизерову от признательного пациента оренбургского муфтия М. И. Хафжи Султанова. 1911 г. 25 сентября».

— Остался в памяти носильщик с железнодо­рожной станции Уфа — Андрей Волжанин. Чем он болел, я не помню, но болел долго. Вылечив­шись, был благодарен от­цу. И когда после смерти в 1913 году тело отца перевозили в Красноуфимск, он сам вызвался сопровождать сначала ва­гон с гробом, а потом и подводу до Красноуфим­ска.

Искренним чувством благодарности полны поз­дравительные адреса Мизерову М. И. по случаю 20-летнего и 25-летнего юбилея его работы на поприще земского врача от земско-медицинского совета, от учащихся и инспекторов народных училищ Красноуфимского уезда, от учащихся про­мышленного училища. Вот некоторые выдержки из них. «...Широкая до­рога к славе, почестям и другим земным благам открывалась перед вами, как перед талантливым и трудолюбивым врачом по окончании университетско­го курса. Но вы не по­желали себе материаль­ного благополучия и по­шли в глухую провинцию, чтобы посвятить все свои силы на служение родно­му народу. «...Вы суме­ли совместить в себе иде­ал земского врача — быть одновременно тера­певтом и хирургом, оку­листом и гинекологом». «С раннего утра и до глубокой ночи вас можно было видеть за работой в больнице или спеша­щим прийти на помощь больным на дому, будь то состоятельный человек или   последний   бедняк».

Читая эти документы, еще раз убеждаешься, что Мизеров был одним из ярких представителей того поколения народных врачей, которые заложи­ли основы земской меди­цины. Тернистым путем, не падая духом, шел он к своей цели, работал на износ до самой послед­ней минуты своей жиз­ни, чтобы осветить путь другим.

Т. Шистерова, заведующая фондами Красноуфимского краеведческого музея.

Шистерова, Т. Жизнь он посвятил народу своему // Вперед. – 1989. – 12 мая.  – С. 3

Мы на Одноклассниках

 

Мы в контакте

 

НЭДБ

Мы на youtube

 

перед эти кодом